Илья Ремесло, юрист, для МИА "Россия сегодня"

В Донецком городском суде подходит к концу уголовный процесс над украинской военнослужащей Надеждой Савченко, обвиняемой в пособничестве в убийстве корреспондентов ВГТРК Антона Волошина и Игоря Корнелюка. Обвинение запросило для Савченко наказание в виде 23 лет лишения свободы. 9 марта суд заслушает последнее слово подсудимой, а затем удалится для вынесения приговора.

С большой долей вероятности приговор будет обвинительным, а наказание — жестким. Как сложится дальнейшая судьба Савченко? Обменяют ли ее на других лиц, которые удерживаются в заточении украинскими властями, каким образом может быть осуществлен данный обмен?

Но для начала подведем краткие итоги этого процесса.

Доказательства обвинения и защиты

Во-первых, адвокаты подсудимой утверждали, что Россия не имеет права судить Савченко на своей территории, так как она является гражданкой Украины и преступление, в котором ее обвиняют, совершено на территории Украины.

Однако согласно части 3 статьи 12 Уголовного кодекса РФ, к уголовной ответственности на территории Российской Федерации могут быть привлечены иностранные граждане, совершившие преступление вне пределов России, в случае если преступление было направлено против гражданина РФ. Жертвами преступления, в котором обвиняют Савченко, стали российские граждане, поэтому уголовное преследование законно.

Во-вторых, утверждалось, что Савченко как депутат ПАСЕ обладает иммунитетом от уголовного преследования.

Российский закон и международное законодательство (Устав Совета Европы) не допускают освобождения от уголовной ответственности в связи с членством в ПАСЕ.

В статье 40 Устава ПАСЕ и статье 14 Генерального соглашения о привилегиях и иммунитетах Совета Европы сказано, что иммунитет депутата распространяется исключительно на его высказывания и голосования в ходе работы ПАСЕ. Савченко совершила инкриминируемые ей преступления задолго до своего "избрания" в ПАСЕ, и они никак не связаны с ее "деятельностью" в ПАСЕ.

В-третьих, адвокаты пытались оспаривать обвинения, представляя в материалы дела документы с Украины, требовали провести ряд экспертиз. В приобщении документов с Украины было отказано, так как адвокаты Савченко не имели полномочий собирать доказательства на территории Украины.

Местонахождение Савченко и выполняемые ею функции наводчика в момент совершения преступления подтверждены данными биллинга и показаниями свидетелей. Наконец, сама Савченко под видеозапись призналась в том, что работала наводчиком огня. Данная видеозапись была предметом исследования психолого-лингвистической экспертизы, которая подтвердила, что Савченко действительно осуществляла функции наводчика.

Основываясь на имеющихся вещественных доказательствах, аналогичный вывод по Савченко сделала и криминалистическая экспертиза: имея при себе топографическую карту местности, бинокль, мобильную радиостанцию и мобильные телефоны, Савченко могла корректировать артиллерийский огонь.

Не выиграть суд, а дискредитировать его

Недостаток юридической компетенции адвокаты Савченко пытались компенсировать изобилием пиара в украинских СМИ, скандалами в суде и митингами в поддержку Савченко. Адвокаты подчеркивали, что их цель — не защитить обвиняемую, а "дискредитировать суд". Составлялись списки граждан РФ, причастных к "преследованию" Савченко, звучали призывы к введению против России дополнительных санкций. Все это явно не пошло на пользу подсудимой, а наоборот — настроило против нее общественность, обвинителей, суд и в конечном счете утяжелило наказание.

Это давно поняли и на Украине. Так, начальник ГСУ СБУ Василий Вовк заявил, что "российские адвокаты заинтересованы в том, чтобы Надя просидела там как можно дольше. Пиар, увы, важнее её судьбы".

Почему адвокаты пошли по такому пути? Разгадка кроется в источнике их гонораров. Платила вовсе не Савченко, а польский фонд "Открытый диалог", который "учрежден, опираясь на опыт и контакты, полученные в период Оранжевой революции в Украине в 2004-м", финансировал Евромайдан и сам спонсируется близкими к американскому правительству фондами. Основательница и президент фонда Людмила Козловская сообщила, что адвокат, сотрудничающий с Фондом, обязан действовать согласно его инструкциям. Интересы же клиента, видимо, в счет не принимаются. Как это согласуется с российским законом об адвокатуре и нормах адвокатской этики — неизвестно.

Наказание или обмен?

По совокупности доказательств Савченко, скорее всего, признают виновной. Защитники уже заявили, что не будут обжаловать приговор и их не волнует, какой конкретно срок назначат Савченко. Они уверяют, что возвращение Савченко на Украину — это вопрос ближайшего времени.

Однако сама подсудимая выступила против своего обмена на российских граждан Александрова и Ерофеева, удерживаемых Украиной. Ранее относительно обмена Савченко велись переговоры между российской и украинской сторонами, однако результаты их достоверно неизвестны.

В декабре 2015 года президенту Владимиру Путину задали вопрос об обмене Савченко. Президент указал, что обмен должен быть равноценным, и призвал менять всех на всех, а не выборочно.

При этом вариантов обмена Савченко не так и много — по ряду причин.

Во-первых, имеет место моральный аспект. Савченко вменяется пособничество в убийстве двух граждан, в то время как украинские узники Ерофеев и Александров никого не убивали. Их и обвиняют "в терроризме", т.е. лишь в участии в боевых действиях в составе НВФ. Очевидно, что такой размен нельзя признать полноценным.

Во-вторых, что бы ни говорила Савченко об исполнении ею воинского долга в Донбассе, украинское руководство не объявило войну и не ввело военное положение. Фактически украинские власти совершили военное преступление, армию в мирное время против собственного народа. Соответственно, у Савченко нет статуса военнопленного, к ней неприменимы нормы и механизмы конвенций об обмене военнопленных. Поэтому обмен возможен исключительно в плоскости уголовного процесса, в двух вариантах — помилование или направление на отбытие наказания на Украину.

Помилование или отправление на отбытие наказания?

Помилование представляется маловероятным, так как Савченко не считает себя виновной и не собирается о нем просить. Поэтому остается лишь вариант передачи ее для отбывания наказания на Украину в обмен на аналогичный шаг со стороны украинских властей. Этот вариант станет актуальным сразу после вступление решения в законную силу. Возможно, именно с целью ускорить вступление в силу приговора Савченко намерена отказаться от его обжалования.

Вопросы передачи для отбывания наказания иностранного гражданина в его государство регулируются главой 55 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Согласно данным нормам, основанием для передачи иностранца является решение суда, вынесенное по итогам рассмотрения обращения ФСИН, самого осужденного либо компетентных органов иностранного государства, которое обратилось за передачей осужденного. Сам осужденный должен возместить ущерб, нанесенный преступлением.

Экран монитора, на котором транслируется заседание по делу украинской летчицы Надежды Савченко
При этом международным договором должна быть предусмотрена взаимность передачи осужденных. В настоящее время Украина является участником Конвенции СНГ о передаче осужденных к лишению свободы для дальнейшего отбывания наказания. Данная Конвенция оставляет за государством право отказать в передаче для отбывания наказания, если это может нанести ущерб его интересам.

Также следует учитывать, что согласно пункту "б" части 2 статьи 471 УПК РФ, государство, в которое лицо направляется для отбытия наказания, должно признать вынесенный приговор.

Таким образом, если Украина примет Савченко для отбытия наказания, это автоматически будет означать признание Украиной виновности Савченко.

Менять "всех на всех": пути принуждения Киева к диалогу

Как мы видим, с правовой и моральной точки зрения обмен вполне возможен и оправдан, так как России нужно освобождать россиян Александрова и Ерофеева.

Вместе с тем обмен должен быть произведен по предложенной Владимиром Путиных схеме "всех на всех", чтобы закрыть вопрос окончательно и освободить остальных незаконно удерживаемых Киевом мирных граждан.

Препятствия могут возникнуть лишь со стороны украинских властей, которые могут не согласиться на предложенную схему обмена. Они удерживают сотни пленников, большинство из которых задержано вовсе не за участие в боевых действиях против Киева, а за несогласие с политикой новых властей. И как согласовать передачу в рамках норм Конвенции СНГ тех, кто еще не получили приговор и вообще не являются российскими гражданами?

Единственный путь для такого согласованного обмена — международное соглашение в рамках переговоров между Москвой, Киевом и представителями Донецкой и Луганской народных республик. Если украинские власти на самом деле хотят возвращения Савченко — они должны быть готовы идти на серьезные встречные уступки.